ВЛАДИМИР НАБОКОВ

            ПРИГЛАШЕНИЕ НА КАЗНЬ

 

 

 

 

 

«… Итак, Казнь. Даже наивный человек не станет всматриваться в  дверной проем, ожидая виселицы или плахи – в современных театрах не принят натурализм, хотя, что таиться, иногда хочет что-нибудь в этом роде. Все же душа ваша легко трепещет, потому что автор инсценированного театром одноименного романа, Нобелевский лауреат  Набоков, обладал могучим пером, но вам вручат программку, где ясно сказано – вас ожидает игра в фанты, игра, понимаете, а не собственно казнь со всеми ужасами и хрустом хрящевидных позвонков на фонограмме. И все же – на табурете посреди вашей гостиной приговоренный к смерти Цинциннат (Е.Лебедев), вокруг него палач Пьер (Г.Касьянов).

Киевский художник Людмила Ковальчук одела Цинцинната в черный просторный балахон из многочисленных  материй, и осужденный в нем напоминает судью из старых романов про английские убийства и привидения. Костюм же Пьера, напротив, ярок и блестящ, как обещание завтрашнего дня.

Цинциннат в ожидании казни озабочен и произносит монологи, бесспорно блестяще исполняемые Лебедевым, о том, что он не успевает сказать каких-то главных и существенных слов или совершить действие, от которого, как от брошенного в воду камня пошли бы круги, задевая многообразие непридуманных  вопросов жизни. Пьер – палач его слов. Гаерством и шутовством он как бы зачеркивает для вас смысл монологов Цинцинната, мороча вашу голову фантами и эскападами мимики и жестов, так что поневоле вы начинаете сочувствовать ему – в конце концов это он приглашает  вас к соучастию и нуждается по ходу спектакля в вашей поддержке и сотрудничестве, а не Цинциннат, стесненный достаточностью речи для себя и самосозерцанием.

Так неразумное дитя наклеивает на прабабушкину икону яркие аппликации наличной ему жизни, чтобы завтра выбросить ее на помойку ради новых забав. Отсюда легко  видно – эдак вы и сами примете посильное участие в казне, подыгрывая дружески расположенному к вам Пьеру, что и случается на самом деле ко всеобщему удивлению сторон в финале, ведь топорик Пьера такой совершенно игрушечный!»

                                                                                                                                                                                   Алексей Мазепа "Пошедшие вспять"

                                                                                                                                            "Новые Черниговские ведомости" 23 декабря 1994 года